НА ПОРОГЕ СЧАСТЬЯ

by Сергей Подгайный

Говорят, что нельзя  быть почти или немного беременной, но можно быть почти счастливой(вым).

При всех разговорах о счастье много ли вы видели действительно счастливых людей?

От себя я бы этого не сказал.  Хотя многое повидал и среди «простых» людей и среди так называемых гуру и «учителей счастья». Во всяком случае, на мой вкус, на мое восприятие и «считывание» людей. В лучшем случае это была та или иная степень увлеченности какой-нибудь  идеей, захватившей их в конкретный период жизни.

«Какой самый живучий паразит? Бактерия? Вирус? Кишечный глист? — Идея. Она живуча и крайне заразна. Стоит идее завладеть мозгом, избавиться от неё уже практически невозможно. Я имею в виду сформировавшуюся идею, полностью осознанную, поселившуюся в голове». Мистер Кобб. «Inception»

И увлекшись  которой им захотелось  поселиться в своей, обретенной на какое-то время, зоне комфорта, не высовывая носа дальше ее порога.  Или начать транслировать эту идею  среди своего окружения. Пытаясь подстраивать его под себя и таким образом, через создаваемые проекции, продлевать  этому ощущению жизнь.  Поэтому окружению предлагается выбор – или принять эти гласно-негласные условия или удалиться (держаться на расстоянии десяти аур). И важную роль в этом играла степень экзальтированности, (может быть аутичности – если я к месту употребил этот умный термин…), харизмы, владения словом и  артистичности носителя. А не состояние и осознаность как таковые.

«Идея похожа на вирус, она живуча и крайне заразна. Мельчайшее зернышко идеи способно прорасти и либо стать частью тебя, либо уничтожить тебя». Мистер Кобб.  «Inception»

Конечно, само понятие «счастья» у каждого свое. Однако многие сходятся во мнении, что само стремление к чему-то желанному —  к цели, к мечте, к вершине – как процесс или как предвкушение и есть, по сути, счастье. Во всяком случае, таким оно кажется многим, когда заполучив желанное, они  обнаруживают или приходят к выводу, что воспоминания о процессе обладают если не большей, то какой-то особой ценностью.

И что самое интересное – люди на «пороге счастья». То есть, глядя на которых, есть ощущение, что они вот-вот достигнуть чего-то важного. Они почти уже достигли цели. Остается вроде бы совсем чуть-чуть. И вот здесь, на мой взгляд, в их душах появляются почти незримые отметки, которые разделяют таких людей.

На тех, для кого это почти — так и остается подвешенной перед ослом морковкой. Пружиной или натянутой резинкой которые, в конце концов, лопаются, рвутся или соскальзывают, обжигая руки. Может потому что шли вовсе не туда, или пропустили нужный поворот.  Или испугавшись его, как указателя на камне в сказках –налево пойдешь… повернули в другую стороны — из серии «поберечь коня». А может быть потому, что в ключевой момент не решились на какой-нибудь важный шаг…в полную неизвестность… И достижение счастья для них так и остается теперь  призрачным и мимолетным.

… И на тех, для кого эти почти и чуть-чуть становится  уже не порогом, а стрелой летящей на крыльях намерения в бесконечность.

Лучом солнца – сияющим  на кронах деревьев и в брызгах воды.

Радужной аркой – приветствующей открытые сердца и умы  всеми красками жизни в каждой ее точке и округлости.

Тропинкой – петляющей и не всегда хорошо приметной. Особенно посторонним. Но открывающей за каждым поворотом новые горизонты вечного странствования и полета.

Залогом возвращения к себе и к своей сути,

Неприкосновенным запасом. Но не по тому, что им нельзя пользоваться. А наоборот, как неразменная монета, которую невозможно потратить даже в приступе невиданной щедрости или транжирства.

Медальоном – который незримо и легко украшает шею обладателя, тихо и безусловно свидетельствуя отблеском в его глазах и смехе, о непреходящем родстве и связи с источником его пути. Пути по дорогам счастья.

Или дон хуановскими «билетом в безупречность» и «незаполненным чеком безусловной любви», куда получателем может быть вписана любая сумма, без тени сомнения в возможности оплаты.

А что думаете о счастье и его достижимости Вы? (продолжение — о «формулах семейного счастья»— последует)

– Я никогда не дойду до Икстлана, – твердо, но очень-очень тихо, едва слышно проговорил он. – Иногда бывает – я чувствую, что вот-вот, еще немного, еще один шаг – и я дойду. Но этого не будет никогда. На моем пути не попадается даже ни одного знакомого знака или указателя, который был бы мне привычен. Ничто больше не бывает прежним, ничто не остается тем же самым.

Дон Хуан и дон Хенаро переглянулись. Глубокая печаль была в их взглядах.

– И только призрачные путники встречаются мне по пути в Икстлан, – мягко сказал дон Хенаро.

– Все, кого встречает Хенаро по пути в Икстлан – лишь эфемерные существа, – объяснил дон Хуан. – Взять, например, тебя. Ты тоже – лишь призрак. Твои чувства и желания – это преходящие чувства и желания человека. Они эфемерны, и, заставляя тебя суетиться и запутываться во все новых и новых проблемах, исчезают, рассеиваясь как дым. Вот он и говорит, что по пути в Икстлан встречает лишь призрачных путников.

Я вдруг понял, что рассказ дона Хенаро о путешествии в Икстлан – сплошная метафора от начала и до конца.

– То есть твое путешествие в Икстлан – не настоящее? – спросил я.

– Путешествие-то – настоящее! – возразил дон Хенаро. – Путники – не настоящие.

Он кивнул в сторону дона Хуана и выразительно произнес;

– Вот он – настоящий. Только он один. Только когда я с ним, мир становится реальным.  «Путешествие в Икстлан».  Карлос Кастанеда

 

Print Friendly, PDF & Email

Share this article

Leave a comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *